Luna, не нашел такого ни по поиску Степанченко, ни по Тютрюмову. Cristi никакого ответа не дал, я уж не вытерпел, сам сделал:
Потом могу удалить, если Cristi все же захочет сама сделать.
Я понимаю, о чём грустит эта собака: заборы развиваются! Скоро залают на нарушителей, как собаки! Бедные собаки! Они не выдержат этой конкуренции и падут, как боевые кони – под натиском танков! Это сходство подтверждает теорию Дарвина и плюсы за него надо ставить, ставить и ставить!!!
Ну что, Cristi, создавайте тогда лайк «Сергей Степанченко — Александр Тютрюмов», т.к. я морального права сейчас на это не имею, потому что если бы не Ваш пост, то я бы просто подумал, что это Тотрюмов и есть, по той простой причине, что я не знал имя и фамилию этого актера Тотрюмова, я подумал, что его оказывается зовут Сергей Степанченко. Даже сейчас мне понадобилось вспомнить название любого какого-нибудь фильма, где он играл, чтобы через него уже узнать как его зовут.
Шмель грозен только в одном ракурсе – когда его обижают, низко оценивая его произведения искусства. Этот шмель — не Гитлер. Над Гитлером можно прикалываться до бесконечности. Он не художник. Настоящие художники рисуют аллегории и карикатуры (это очень грозное оружие!), а также страшных животных, как дракон. А этот художник бегал по лугам-ресторанам, где питаются шмели, подбирал объедки с их стола – цветы – и рисовал их! Ничего себе художник!!! А истериком был не от того, что был чувствителен как деятель искусства. Это последствия личного присутствия на фронте: газов там надышался! Вид шмеля спереди Сталину показал другой художник – тот, которого он обидел, не оценив как специалиста в своём деле. Главный редактор-пень советовался с младшими редакторами, а не с Юнкерсом, который дело предлагал! Хорошие самолёты не те, которые быстро летают, а те, которые способны справляться с линкорами.